Куприянова И.А. "Культура безопасности ядерных объектов. Критерии оценки и способы её оценки". — официальный cайт Ядерного общества России

Куприянова И.А. "Культура безопасности ядерных объектов. Критерии оценки и способы её оценки".

13 мая 2014 - Виктор Холев

   Понятие «культура» происходит от латинского cultivo, что означает возделывание, воспитание, образование, развитие. Это понятие включает в себя предметные результаты деятельности людей, в частности, результаты познания, нормы морали и так далее. При осознании смысла понимания культуры безопасности приходится думать и о необходимости следовать требованиям инструкций и правил, и о том, чтобы все важные инструкции и правила были оформлены на ядерном предприятии в письменном виде, а не только существовали в виде сложившихся традиций. По-видимому, придется задуматься и о новом смысле, который касается поведения человека при работе с ядерными материалами, что очень влияет на уровень риска. Человеческий фактор — это важный критерий оценки уровня культуры безопасности на ядерном предприятии.

   Кроме того, следуя размышлениям на эту тему, приходится признать необходимость создания стандартных баз данных по учету ядерного материала и оборудования для работы с ним, а также осознания ответственности каждого сотрудника, выполняющего работу с ядерными материалами. Уровни создания определенной культуры безопасности на предприятии уже описаны в публикациях, посвященных этой теме. В создании и последующем поддержании высокого уровня культуры безопасности должны участвовать, так или иначе, абсолютно все сотрудники, имеющие дело с ядерными материалами и/или установками.

   Всемирная ядерная ассоциация, декларирует среди предпосылок, побуждающих ее к действию, следующее: «Мы уверены в том, что атомная энергия является технологией устойчивого развития», а также: «[…]Мы остро ощущаем необходимость укреплять и поддерживать уверенность общественности, как в надежности атомной технологии, так и в людях и организациях, ответственных за ее эксплуатацию». Чтобы поддерживать уверенность общественности в надежности атомной технологии, следует, безусловно, точно знать, что именно гарантирует такую уверенность, а значит – учесть не только технологические аспекты, но и человеческие ресурсы.

История вопроса

  Термин «культура безопасности» сформулирован впервые Международной консультативной группой по ядерной безопасности (ИНСАГ). Толчком к этому послужило исследование причин и последствий Чернобыльской аварии.

  В последние годы опубликован ряд статей и проведено несколько серьезных конференций и семинаров, в названии которых обозначена «культура безопасности». Кроме того, в прошлом году по инициативе МАГАТЭ в Рио-де-Жанейро прошла международная конференция, посвященная культуре безопасности ядерных объектов. В рамках ее работы было подчеркнуто, что помимо должной организации системы физической защиты такие объекты нуждаются во внимании  к вопросам безопасности со стороны всего персонала. В этом поле действует и международная рабочая группа (проект MPC&A Culture), которая пытается найти ответы на вопросы о том, как определить уровень культуры при учете, контроле и физической защите ядерных материалов, а затем поддерживать его должным образом. Усилия этой группы основаны на принципах, изложенных в документах МАГАТЭ ИНСАГ 3, ИНСАГ 4 и знаменитом докладе 11.

  Чтобы влиять на уровень культуры безопасности ядерного предприятия, следует разобраться в том, почему он может снижаться. Одна из таких причин в том, что многие годы люди в нашей стране жили в определенной модели мира, которая 10 лет назад распалась. Очень быстрое изменение общественного строя  привело к тому, что немалое количество людей пребывает до сих пор в состоянии душевной растерянности, не найдя своего места в новой реальности. Особенно важно это для сотрудников ядерных объектов: они обязаны соблюдать старые правила, которые зачастую уже не отражают современные требования к обновленному оборудованию. Критическое восприятие и возражения заставляют сотрудников обходить правила по своему усмотрению. Кроме того, они пытаются следовать новым нормам поведения, которые на многих ядерных предприятиях не декларированы, а значит, каждый сотрудник лично решает «что такое хорошо, а что такое плохо». Это в некоторых ситуациях может стать чрезвычайно опасным.

Осознание важности.

  Если целенаправленное воспитание работника в этой связи на предприятии не ведется, если важность культуры работы не декларируется на высоком уровне, то постепенно ответственность распыляется, и уровень культуры безопасности снижается до неприемлемого. К тому же единой системы государственного контроля уровня культуры безопасности на ядерных предприятиях разных типов не существует. В последнее время этот вопрос активно обсуждается на АЭС, но, говоря о предприятиях Минатома, приходится заметить, что осознание необходимости уделять этой теме должное внимание пока не пришло.

  За последние пять лет обстановка в мире существенно изменилась. Приходится жить в условиях постоянной угрозы террористических акций, что напрямую может касаться ядерного объекта, а также косвенно – состояния психики и поведения работающих в этой отрасли людей. По всей видимости, целесообразно пересмотреть сложившиеся традиции информирования сотрудников о задачах ядерного предприятия, расширяя эту информированность определенным образом. Следует разместить в информационном пространстве предприятия (web-site) информацию, которая должна быть известна каждому работнику. Там могут быть обозначены основные угрозы, которые на данный момент времени существуют в мире, ответственность каждого сотрудника, которая в связи с этим возникает. Необходимо сообщить, на каких принципах строится политика предприятия. Должно быть объяснено, как строится система защиты информации и какова направленность предприятия в этой сфере, как можно получить доступ к информации, какие классы доступа к информации существуют. Следует также осторожнее относиться к закрытию документов. Такая тенденция ведет к снижению ответственности и к потере профессионализма в работе, потому что ограниченность в доступе к информации должна быть достаточно обоснована. На этом же сайте полезно разъяснить сотруднику, как циркулирует информация на предприятии и за что он несет ответственность. Полезно также предусмотреть список прав и обязанностей, которые в любой момент можно прочитать. Этот список должен касаться многих аспектов деятельности и, в частности, норм приемлемого поведения.

Бескомпромиссный подход к обеспечению безопасности.

  Говоря о бескомпромиссном подходе к обеспечению безопасности, автор имеет в виду именно аспект культуры труда, то есть, сложившиеся традиции и морально-нравственные устои. Ранее угрозы изучались как нечто виртуальное. Считалось, что они могут реализоваться «где-то там», но не у нас в стране и тем более, не на наших ядерных предприятиях. Однако, многоликий терроризм поразил людей планеты, и уже в России стали нередки его случаи, включая и регионы, имеющие ядерные материалы и установки.

  Информированность населения о том, что такое терроризм и откуда его корни, как себя вести и как к нему относиться в нашей стране близка к нулевой. Люди просто боятся, либо впадают в другую крайность – рождается ненависть. Оба эти чувства не приводят ни к чему хорошему.
Поведение сотрудников ядерного объекта так же, как и многих людей других профессий, в большой мере зависит не столько от величины заработной платы, как принято думать, сколько от степени социальной адаптации. Если сотрудник ядерного объекта живет в модели «изменить внешнюю (по отношению к нему) среду», то у него может появиться мотивация к нарушению правил и инструкций, а возможного, и к более серьезным умышленным несанкционированным действиям.

  По всей видимости, следует очень серьезно разобраться в состоянии приверженности персонала культуре работы с ядерными материалами и установками, стараясь понять, как повлиять на ее повышение. В принципе, люди так и не пришли пока к единому пониманию, откуда такая большая разница существует между разными культурами стран, называемых ядерными державами. В разных странах на ядерных объектах осуществляется различная технология, а это означает, что единой нормы поведения для персонала, возможно, и нет. Кроме того, известно, что то, что полезно для одной культуры, может быть вредно и даже опасно для другой. Например, хорошо известен факт, когда межправительственная международная организация ООН по продовольствию хотела помочь голодающим эфиопским детям и в качестве гуманитарной помощи предоставила им молоко. Многие дети получили расстройства желудка, потому что в их организмах, как выяснилось, нет ферментов для переработки этого продукта. Другой пример связан с запретом использования самолетов, у которых уровень шума превышает определенный коэффициент, утвержденный для европейских стран. В своих странах такие самолеты продолжают летать, а в Европу их уже «не пускают».

  Возвращаясь от этих примеров к нашей теме, напомним, что в одном из сообщений информационного агентства  сообщалось, что в России за последние десять лет были зафиксированы случаи утечки ядерных материалов с атомных объектов, о чем заявил в Москве в 2002 году тогдашний глава Госатомнадзора РФ Юрий Вишневский. Вишневский уточнил, что утечки оружейного урана с ядерных предприятий оцениваются в граммах, в то время как низкообогащенный уран, используемый в ядерном топливе, пропадал килограммами.
Глава Госатомнадзора отметил, что большинство случаев пропажи материалов связано с заводами-изготовителями ядерного топлива. Основными причинами утечки Вишневский считает недостаточно высокий уровень систем защиты и "человеческий фактор охраны ядерных
объектов".


Человеческий фактор – составляющая уровня риска
  Специалисты компании British Energy провели в 2003 году на одной из Российских АЭС семинар по культуре безопасности. Речь шла об управлении безопасностью, критериях оценки, организации аварийной готовности, самоконтроле персонала и других темах, связанных с культурой безопасности. Специалисты компании утверждают, что осознание важности вопроса и внедрение должного уровня культуры безопасности занимает около 10 лет.

  Анализ инцидентов на не основном оборудовании АЭС, за 2002 год, показал, что большинство из них произошло как раз из-за невнимания к так называемому человеческому фактору, то есть – к культуре безопасности. Однако, тут нужно разобраться в том, какой смысл кроется за уже общепринятым термином «человеческий фактор»? Как правило, сюда включены две компоненты: психомоторные характеристики человека и культура. Психомоторные характеристики оцениваются тогда, когда нужно принять решение о пригодности человека к тому или иному виду труда. Например, человек с замедленной реакций на события отстраняется (или вовсе не принимается на работу) от работы в качестве оператора реактора на АЭС. Культура – это совокупная характеристика ценностных ориентиров, моральных норм, которых придерживается человек, его приверженность декларированной политике предприятия, стилю и правилам поведения, приверженность исполнению инструкций и процедур, то есть, всем техническим и эксплуатационным порядкам, утвержденным на предприятии. Именно эту компоненты мы и пытаемся исследовать, чтобы понять, каким образом можно повлиять на человека в этой связи для увеличения гарантии безопасной работы.

  Смысл одного из инцидентов, произошедшего на предприятии США, например, состоял в том, что износу основного оборудования не было придано значения. Высшее руководство АЭС отметило, что «анализ ошибок менеджмента так же  необходим, как и ремонт крышки реактора». Основной упор делался на решении производственных задач, а влияние человеческого фактора выразилось в упущении возможности предупредить неисправность. Эксперты рекомендовали усовершенствовать процесс обучения персонала, пересмотреть порядок выплаты премий и еще ряд мер. Случаи, произошедшие на разных АЭС мира, свидетельствуют о том, что не все события заносят в протокол, что нарушаются правила, неверно интерпретируются некоторые данные приборов, словом – уровень культуры безопасности – недостаточен. Еще один пример: регулирующие органы Германии квалифицировали взрыв на АЭС «Брунсбюттель»  как событие первого уровня и посчитали, что «оно затрагивает аспекты культуры безопасности».

  «Поскольку человеческий фактор является, наверное, основной составляющей культуры безопасности, то мы занимаемся именно человеком», — сказал на конференции в Рио-де-Жанейро заместитель директора Обнинского научно-исследовательского центра «Прогноз» Эдуард Волков. Также речь в том выступлении шла и о том, что одним из существенных факторов является разъяснение людям сути ядерной энергетики, ее достоинств, не скрывая при этом, что ядерные технологии требуют высокого качества обслуживания.
  Итак, изучив публикации и опыт сотрудников ядерных объектов, можно с большой долей уверенности сказать, что на ядерном предприятии человеческий фактор – это в большой степени:
-    отношение сотрудника к правилам и инструкциям, которые он обещал соблюдать (выражается в поведении);
-    информированность сотрудника о политике, ценностях предприятия и нормах поведения на предприятии;
-    степень приверженности сотрудника правилам работы и нормам поведения, декларируемым на предприятии.
Говоря об уровне риска, попробуем идентифицировать его составляющие (рис. 1).



  Уровень риска – это один из основных критериев безопасности предприятия. До последнего времени не было систематических попыток связывать так называемую человеческую компоненту и риск. Интересные исследования в этом направлении ведутся университетом Джорджии, США .

  Человеческий фактор чрезвычайно важен при определении уровня риска, потому что в сложных системах человек-машина-оборудование нередко достижение результата зависит больше от оперативных решений, принимаемых человеком, а не от качества оборудования. Если у человека появилась мотивация принять решения, опасные для предприятия, то вряд ли можно этому серьезно помешать. В таком случае превентивные меры гораздо эффективнее.

Критерии оценки
  Российско-американская программа по совместному уменьшению угрозы является устойчивой с точки зрения многочисленных усилий стран по улучшению сохранности ядерного оружия. Тем не менее, масштаб задачи настолько большой, что, по-видимому, требуется проанализировать проблему с разных точек зрения на безопасность, особенно – с повышенным вниманием к роли человеческого фактора при обеспечении безопасности ядерного предприятия.

  Очевидно, что легче разрабатывать превентивные меры, чем потом пытаться устранить последствия ядерной угрозы, перешедшей в реальное событие. Возможно, следует говорить о международной культуре безопасности, облеченной в некую форму совокупных позволительных действий государств, обладающих ядерными материалами, поскольку внутренняя культура обращения с ядерными материалами может в определенной степени не быть унифицированной.

  Если же события затронули соседние государства так, как это случилось в результате Чернобыльской аварии, то, безусловно, стоит говорить о культуре безопасного обращения с материалами, которой должны быть привержены все без исключения ядерные страны. Представляется целесообразным начать усилия по осуществлению подобного проекта. Для выработки общих критериев приемлемого уровня культуры безопасности нужно создать международные механизмы. Авторы уже упомянутой выше статьи  пишут, что таких механизмов в настоящее время очень мало.

  Кроме того, исследуя роль персонала при расчете вероятности осуществления угрозы, приходится признать, что опасность намеренного несанкционированного действия по отношению к ядерному материалу возросла, поскольку появилась мотивация к таким действиям в разных странах, включая Россию (растерянность многих сотрудников ядерных предприятий перед новыми реалиями жизни, неспособность обеспечить семью и т.д.). К сожалению и некоторые религиозные школы, популярные сейчас в мире, являются источником пополнения рядов террористов. Мотивация может быть не только религиозной, она может быть следствием ощущения жизненного тупика, может быть и расчетливо-холодным деянием из-за нарушенной адекватности восприятия мира. Одним словом, напряженность в мире растет, и нельзя дать ей вылиться в ядерную катастрофу.

  Уже пора начать широкомасштабную просветительскую деятельность и для населения, и для персонала ядерных объектов с тем, чтобы выработать общие критерии оценки уровня культуры безопасности любого ядерного предприятия, а не только атомных станций.

  Как оценить уровень того, что называется таким нечетким понятием культура? Скорее всего, следует прислушаться к рекомендациям доклада 11, однако, расширив его рамки до любого предприятия, использующего ядерные материалы, включая медицинские учреждения, работающие с радиационными источниками. Существует широкий спектр всевозможных мер по повышению уровня культуры организации, часть из которых весьма успешно может использоваться и ядерным предприятием. Однако, дать временной прогноз освоения всех уровней культуры безопасности невозможно, потому что сама проблема была осознана сравнительно недавно. До последнего десятилетия считалось, что главное в безопасности – обеспечить работу устройств и механизмов, а также инструкций по их использованию. Как показал мировой  опыт – этого недостаточно. Требуется приверженность персонала безопасной работе, иначе никакие инструкции не удержат его от ошибочных или злонамеренных действий в определенной ситуации.

  Здесь уместно привести пример с недавней катастрофой американского космического корабля «Колумбия». Специальная комиссия по расследованию обстоятельств случившегося опубликовала большой отчет, в котором одним из главных выводов является « […] сложившийся в НАСА стиль работы и управления». Из-за ограничений финансирования именно безопасности полетов уделялось недостаточное внимание, и даже в ответственных случаях решения принимались без обоснования. По данным этой комиссии за время последнего орбитального полета «Колумбии» от технических специалистов, которые следили за его проведением, поступил ряд запросов на выполнение разных дополнительных проверок, однако, во всех им было отказано. Специалисты комиссии нашли много общего в причинах катастрофы космического корабля Челенджер и нынешней, февральской, катастрофы «Колумбии». Очевидно, страшный урок слишком быстро был забыт.

  Культура безопасности самым тесным образом связана с культурой отношений в организации, которая строится по-разному в разных странах. Критерии оценки уровня культуры безопасности достаточно хорошо (хотя и не полно) обсуждены для атомных станций. Для предприятий ЯТЦ, объектов атомной науки и других предприятий, так или иначе использующих ядерные материалы, на сегодня нет четких критериев оценки уровня культуры обращения с ядерными материалами. Попытка их предложить в данной статье, надеюсь, внесет некоторый вклад в осмысление важности этой темы, и особенно поможет понять, как можно формализовать человеческий фактор. Скорее всего, его следует рассматривать на уровне организации всей работы предприятия (уровень руководства) и на индивидуальном уровне (уровень исполнителей). Важно, чтобы культура безопасности складывалась на всех уровнях иерархии одновременно, иначе не достичь заметного снижения риска реализации любой из современных угроз.

  Ощущение устойчивости. В настоящее время многие НИИ и некоторые учебные институты и университеты, в которых в качестве технической базы используются ядерные материалы,  под давлением политических, экономических обстоятельств не смогли найти устойчивый путь развития, и персонал таких организаций находится в растерянности. Каждый день люди живут и работают в условиях большой неопределенности, что обязательно сказывается, так или иначе, на поведении и отношении к работе. Такая неопределенность может привести, например, к изолированности предприятия и стать его внутренним качеством. Часто бывает, что именно такие предприятия резко снижают свое участие в отраслевом обмене информацией (дни информации, внимание к обзорам, публикациям и т.д.), прекращаются общие семинары, снижается внимание к обучению и повышении квалификации, практически запрещается работа в Интернете. Чувство некоей «самобытности» начинает превалировать, и руководители считают свой персонал достаточно квалифицированным, в то время, как это уже может не соответствовать действительности.

  Документация. Снижение общего уровня культуры работы выражается и в состоянии системы ведения документации предприятия. Документация по безопасности должна отражать реальное состояние дел. Часто добавления к инструкциям вносятся нерегулярно, либо не существуют в письменном виде как таковые, что ухудшает общую культуру безопасности, а также может свидетельствовать и о более серьезных процедурных несоответствиях. Непременно должны быть разработаны так называемые «программы качества». Важным элементом культуры безопасности является и то, что персонал должен испытывать доверие к процедурам обращения с ядерными материалами и правильно их исполнять.

  Обмен информацией. Одним из признаков достаточно высокой культуры безопасности является наличие системы обмена информацией. Если предприятие выделяет средства на подписку, на доступ сотрудников к источникам мировой информации, на организацию обсуждений важных тем, заявленных предприятием как «направления деятельности», знакомство персонала с выводами, сделанными из случаев нарушений требований и правил, инструкций и процедур, то, скорее всего, это предприятие сможет обеспечить повышение уровня культуры безопасности. Измерять уровень можно, например, количеством фиксированных нарушений и количеством принятых по ним решений, а также фактом ознакомления персонала (работающего  с ядерными материалами)  с фактами нарушений и с выводами. Если такое знакомство персонала не проводить, то проявится эффект снежного кома (когда слухи распространяются с удивительной быстротой, и бороться с ними значительно сложнее).

  Недостаток молодых квалифицированных кадров. Многие объекты в настоящее время испытывают недостаток человеческих ресурсов. Потеря престижности работы на атомном объекте ведет молодежь в другие профессии. Те, кто продолжает работать на предприятии, неумолимо приближаются к пенсионному возрасту, о чем говорят многочисленные публикации. Сотрудники, совмещающие несколько должностей, испытывают усталость, что также не способствует намерению работать с соблюдением всех предписанных правил и инструкций. Если на предприятии не декларируется приоритет культуры безопасности, то может проявиться тенденция не использования квалифицированного персонала. Как правило, из-за отсутствия перспектив и должной оплаты труда, а также социальных льгот относительно молодые специалисты уходят в другие области деятельности, что заставляет руководство использовать менее опытный персонал. Если попытаться оценить уровень культуры через критерий устойчивости развития предприятия, критерий эффективного документооборота и процедуры исполнимости, наличие квалифицированных ресурсов и практики анализа проблем предприятия, то, подсчитав затраты на выше обозначенные усилия, можно будет вынести предварительное суждение об уровне культуры труда.

  На ядерном предприятии целесообразно завести практику анализа проблем и необходимости определенных изменений. Если этому не уделять внимание, то трудно найти первопричину «неприятностей». В этом случае при их накоплении общая культура безопасности может за короткое время существенно снизиться, что приведет, так или иначе, к новым проблемам. Чаще всего технические и технологические вопросы получают достаточно внимания, а организационные – мало. Они, как правило, даже не фигурируют в итоговых отчетах, где часто речь идет лишь о недостаточном финансировании. К организационным вопросам относятся и должностные инструкции персонала. При низком уровне культуры безопасности часто сотрудники не особенно понимают общие требования, служебную ответственность и обязанности. Причина такой ситуации может быть и в том, что сотрудников не инструктировали, что руководители не считают должностные инструкции важным документом, а также в том, что инструкции давно не обновлялись, а руководство, не проводя собраний, не информировало сотрудников об изменении целей предприятия и своих целей в части ожиданий от персонала. Нередки пока случаи, когда сотрудники не могут внятно рассказать о своей работе, о ее важности, месте в «общем деле». Это также влияет на отношение персонала к своему делу и при появлении мотивации может привести к злоумышленным действиям.

Методика идентификации уровня культуры безопасности
  Прежде, чем говорить о повышении уровня культуры безопасности представляется важным понять, как фиксировать ее состояние на ядерном предприятии. Важнейшей задачей в этой связи является количественная оценка ее уровня на конкретном объекте и возможность на основе этой оценки сформировать рекомендации по дальнейшей работе. Попытаемся это сделать на основе простых экспертных оценок. Если перейти от словесного (вербального) описания состояния к некоторой условной количественной оценке, то целесообразно воспользоваться простой логистической моделью.

  Очевидно, что ожидаемая «отдача» от усилий по повышению культуры безопасности может быть отображена в этой модели некоторой кривой в интервале значений от 0 до 1 (рис.2). Эти состояния можно определить соответственно как практическое отсутствие того, что мы вкладываем в понятие (например, отсутствие должных письменных процедур, систематическое нарушение персоналом требований надзорных органов и т.п.). Второе определенное значение – «1» характеризует состояние идеала, к которому мы стремимся в рамках наших представлений. Конечно, на ядерно-опасном объекте не может быть нулевое состояние культуры безопасности, поэтому нижний  уровень определяется экспертно через набор признаков, которые эксперты признают «нулем» лишь для удобства шкалирования. Перечень таких признаков зависит от реальных требований к ядерному объекту и формируется на основе экспертных суждений. «Единица» — это также условное название состояния, харктеризующее предприятие, которое достигло определенного высокого уровня культуры безопасности. Для него также необходимо сформировать перечень соответствующих признаков.

 

 

  Принципиальным в предлагаемом подходе является разделение всей шкалы возможных значений на три непересекающиеся зоны – «нулевую» и  «идеальную», однозначно идентифицируемые набором соответствующих признаков, а также — промежуточную, характеризующую некоторое приемлемое состояние, но не фиксируемое однозначно.

  К определенным таким образом зонам необходимо приписать перечень экспертных рекомендаций по повышению уровня культуры безопасности.

  Зона «А» характеризует низкий уровень культуры безопасности, и определяется с помощью признаков таким образом, что это состояние предприятия вызывает озабоченность со стороны внешних экспертов опасным уровнем пренебрежения к требованиям правил и т.п. Характерной особенностью этого состояния является то, что связь между затратами на повышение культуры безопасности и отдачей от этих затрат (в соответствии с моделью) является слабой, т.е. нужно вкладывать много усилий для того, чтобы результат стал  заметным.

  Зона «С» характеризуется высоким уровнем культуры безопасности, дальнейшее его повышение также требует много затрат, но это состояние «достигнутой цели» т.е. предприятие находится  в условиях, когда самостоятельное поддержание культуры безопасности становится неотъемлемой частью его деятельности, и естественно не требует от окружения специального внимания к себе. Здесь очень полезны так называемые Программы самооценки.

  Промежуточное состояние «В» — характеризует такое состояние, когда минимальные требования к приемлемому уровню культуры безопасности достигнуты, персонал понимает важность наличия «культурной» среды и, потому, отдача от усилий на повышение культуры безопасности оказывается заметной и высокой, т.е. предприятие способно развиваться, а его состояние не вызывает опасения у «окружения».

  Таким образом, можно определить, что если экспертная проверка нашла признаки того, что предприятие находится в зоне «А», то необходимо вести с ним серьезную работу, тратить много усилий на улучшения состояния. Озабоченное «окружение» должно проводить необходимые инспекции для подтверждения своей озабоченности и, если необходимо, применять санкции, заставляющие данное предприятие вести работу по повышению уровня культуры безопасности и помогать этому предприятию, поскольку отдача от усилий малая.

  Если предприятие находится в зоне « В», то это значит, что оно может самостоятельно повышать уровень культуры безопасности, поскольку отдача от усилий заметна, а основные требования «окружения» уже выполнены и «культура сама себя поддерживает». В этом случае «окружение» должно осуществлять периодические инспекционные проверки, но озабоченности состоянием у «окружения» не возникает и, следовательно, помощь предприятию не нужна.

  Зона «С» характеризует высокий уровень культуры безопасности объекта. Это означает, что ядерный объект может сам оказать помощь в виде методик и средств развития культуры безопасности. Затраты на заметное улучшение состояния велики, но предприятие само вольно решать, будет ли оно их реализовывать.

  Таким образом, применяя экспертный подход к идентификации уровня культуры и используя логистическую модель можно оптимизировать место приложения усилий с целью снижения озабоченности уровнем культуры безопасности, сосредоточить средства на ликвидации особо опасных участков и соотнести ожидаемые эффекты с необходимыми затратами. Экспертов можно будет приглашать для работы только с теми предприятиями, которые не способны сами справиться с задачей повышения культуры безопасности. Предположим, что отдача от усилий по определению роли человеческого фактора в области обращения с ядерными материалами измеряется в снижении риска реализации угроз. Необходимо найти на предлагаемой кривой место, где находятся российские ядерные предприятия в настоящее время. Когда процесс осмысления проблемы роли человеческого фактора в затронутой области закончится, и будут предприняты реальные шаги по повышению общего уровня культуры безопасности, то появится возможность реально оценить уровень культуры безопасности на нескольких предприятиях (с предполагаемым низким и предполагаемым высоким уровнем культуры безопасности) и определить трудозатраты.

  В заключение этого раздела хотелось бы заметить, что такой подход типичен для решения сложных задач в мировой практике. Например, задумаемся над тем, каким образом определяются страны, которые теперь именуются не иначе, чем «ось зла», либо страны с «террористическими наклонностями», либо страны – зоны бедствия? Именно с помощью экспертной идентификации модели по совокупности признаков (например, в стране нет свободы слова, нет сменяемости власти и т.д.).

Способы повышения
  Способов повышения культуры  безопасности, безусловно, множество. В настоящее время теоретических и практических рекомендаций по достижению изменений на предприятии, включая культуру труда, достаточно. Но, говоря о культуре безопасности, все же постараемся сначала вычленить здесь именно те вопросы, на которые должно ответить ядерное предприятие:
1.    Хочет ли оно быть предприятием с высоким уровнем культуры безопасности (пока этого в официальной форме не требует ни один регулирующий орган)?
2.    Готово ли оно обратить внимание на человеческий фактор (ту его компоненту, которая касается культуры труда) и его роль в обеспечении безопасности?
3.    Согласно ли оно с суждением, что человеческий фактор – одна из составляющих риска?
4.    Согласно ли предприятие с суждением, что следует выработать национальные критерии культуры безопасности и международный механизм соблюдения должного уровня культуры безопасности?

  Чтобы ответить на первый вопрос, очевидно, следует подумать о том, как декларировать политику предприятия, чтобы о ней и ее приоритетах знал весь персонал. Затем нужно проанализировать проблемы предприятия и разобраться, в чем они состоят и кто/что вносит наибольший вклад в проблемы: технология или человек. Признаки, идентифицирующие уровень культуры безопасности, очень значимы, поскольку они являются своего рода механизмом поощрения сотрудников, которые в своих намерениях, действиях или в силу убежденности стремятся к совершенствованию безопасности. По этой причине обучение персонала, его переподготовка и повышение квалификации, а также проведение семинаров и различных совещаний, обсуждений и конференций является вложением средств, а не издержками, как еще порою считают руководители.

  Итак, сформулируем некоторый набор признаков, которые свидетельствуют о том, что уровень культуры безопасности повышается или является относительно высоким:
-    прежде всего, должна существовать система фиксации нарушений.
  Это означает, что систематически фиксируются все нарушения правил, инструкций, процедур и требований, относящихся к безопасности ядерного объекта, причем факт фиксации администрация должна поощрять;
-    наличие Программы качества на ядерном объекте;
-    наличие хорошо отлаженной системы обмена информацией
  Это означает, что в практике предприятия – обмен информацией с другими ядерными объектами, семинары, конференции, дни информации, доступ к мировым данным и т.д.;
-    наличие практики анализа проблем предприятия (не только технологических, но и ресурсных);
-    наличие системы принятия решений по проблемным ситуациям (не выжидательная практика типа «пока сама проблема «рассосется»);
-    наличие серьезной системы подготовки персонала.
  Это означает, что на предприятии существует система подготовки молодых квалифицированных кадров, обучения, переобучения и повышения квалификации, а также анализ эффективности обучения (поведение и качество работы сотрудника должны меняться после факта обучения);
-    выделение ресурсов на повышение культуры безопасности на предприятии;
-    декларирование политики предприятия и информирование об этом персонала;
-    практика отказа от наказания сотрудников, сообщивших об ошибках (своих или чужих);
-    практика анализа существующих процедур эксплуатации систем безопасности (с целью их постоянного последующего улучшения).
-    отказ от практики сокрытия любых аварий и нарушений.

  Очевидно, список можно продолжить. Основная цель в данном случае – обсудить способы формального представления знаний о человеческом факторе и попытаться измерить уровень культуры безопасности, который напрямую связан не только с применяемой технологией, но и с человеком, ее эксплуатирующим. Представляется  целесообразным организовать специальную Рабочую группу, состоящую из экспертов разных стран, которая бы разработала совокупные признаки уровней культуры безопасности ядерного предприятия.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
1. Ирина Куприянова.Развитие культуры безопасного обращения с ядерными материалами. Бюллетень по атомной энергии. 2003. №3, март.
2. Семинар «Культура безопасности» для директоров АЭС РФ и объектов атомной энергетики Украины, Армении, Литвы и Казахстана, проведенный с 31 июля по 2 августа 2003 года в рамках Программы МАГАТЭ «Ядерная Безопасность». Проект МАГАТЭ по техническому сотрудничеству RER/9/060. Семинар проведен в Обнинске в Межотраслевом Специальном Учебном Центре (МСУЦ).
3. Русская служба Радио ООН. МАГАТЭ поможет атомщикам освоить культуру безопасности. http:/www.un.org/russian/av/radio/2002/dec., rassianradio@un.org
4. Развитие культуры безопасности в ядерной деятельности. Практические предложения по содействию прогрессу. Доклады По Безопасности. МАГАТЭ. 2000. №11.
5. Ирина Куприянова. Оценка эффективности американских программ в области учета, контроля и физической защиты ядерных материалов в России. Ядерный Контроль. 2002. Т. 8, №2, март-апрель.
6. И.А. Куприянова, А.И. Ильянцев, Н.И. Стасюк. Новые подходы к проблеме защиты от «внутреннего нарушителя». Доклад на 2-й Международной конференции по УКФЗ ядерных материалов. 2000.
7. Alexander H. Montgomery. Culture, Credibility and Confidence: Factors of Success in US-Russian Lab-to-Lab Interactions. Los Alamos NL. LA-UR-98-5258. www.gov/la-pubs/004/18789.pdf
8. http://www.lenta.ru/russia/2002/11/14/uranium/
9. http:/www.nuclear.ru
10. Ядерная энергетика за рубежом в 2002 г. ЦНИИАТОМИНФОРМ. 2003. Ч.3
11. Там же. С.16.
12. Там же. С.18.
13. Анатолий Ринейский. Ядерная энергетика: состояние и перспективы. Бюллетень По Атомной Энергии. 2003. №6.
14. The Human Factor and Security Culture: Challenges to Safeguarding Fissile Materials in Russia. Center for International Trade and Security. The University of Georgia, USA. Preliminary Report. 2002. November.
15. Уильям Поттер, Николас Флоркин. Многоликий ядерный терроризм. Ядерный Контроль. 2003. №1.
16. Там же. С.77.
17. Так угробили Колумбию. Компьютерра. 2003. 2 сентября, №31-32.

 

 

— Источник: Ядерный контроль, 2004 год.,



Благодарим Куприянову И.А. за предоставленный материал.

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий